October 20th, 2013

ДЕГРАДАЦИЯ

Деградация, регрессия – процесс ухудшения характеристик какого-либо объекта или явления с течением времени, движение назад, постепенное ухудшение, упадок, снижение качества, разрушение материи вследствие внешнего воздействия по законам природы и времени. Деградация часто противопоставляется прогрессу. Понятие деградации может относиться и к следующему: Биодеградация, Химическое разложение, Деградация в телекоммуникациях – потеря качества сигнала, Деградация окружающей среды, Деградация личности, деградация общества, деградация культуры.
Википедия
Деградация, постепенное ухудшение; снижение или утрата положительных качеств.
«Советский энциклопедический словарь», 1985 г.
Не правда ли, как-то проще относились к слову «деградация» в советское время? Википедия наговорила столько всякого! А главное, «деградацию общества», приберегла под конец. Мол, дело обычное в природе.
В природе, может, и обычное, а в человеческом обществе особенное. Люди непрерывно восходят к вершинам знаний, и всякий «регресс» для них - трагедия. Недаром говорят о «мрачном средневековье», имея в виду, что гибель древних цивилизаций отбросила человечество далеко назад.
Не так ли и гибель советской цивилизации намного отбросила человечество в своём развитии? Думается, о нас будут вспоминать, как о парижских коммунарах, провозвестниках счастливого будущего. Но, кажется, до него ещё очень долго, впереди много неприятного.
Уже и Фролов из «Советской России» пытается объяснить нашу деградацию тем, что пассионариев (коммунистов) выбили в Великую Отечественную войну. И стало быть, Гитлер, спустя полвека, но добился своего!
Уже и Проханов, некогда «Соловей Генштаба», может считаться «Соловьём Путина».
Уже многих активных противников деградации ошельмовали и пересажали! Уже двадцать лет прошло, как случился капиталистический переворот. А мы всё рассуждаем о величии России! Нет его! Скукожилось и деградировало!
В мелочах деградация проявляется ярче всего. Одна из них – проигрыш хоккеистов на чемпионате мира аккурат перед сочинской Олимпиадой! Проигрыш с разгромным счётом 8:3. И кому – молодой американской команде!
Но обидней всего «сочувственные» комментарии иностранных специалистов. Канадский (!) тренер учит нас, что американцы выиграли за счёт коллективной игры, о которой русские давно забыли. И в унизительном счёте видится не хоккейный проигрыш, а итог деятельности российских «демократов». Поражение терпит система, насаждаемая в России, при которой без воровства не обходится ни одно дело.
Другой пример из Интернета. Речь идёт о строительстве авианосцев в РФ.
Strannick, 22 марта. – «Вот об этом и говорю. Авианосец за 5-7 миллиардов долларов, ха! Тут вшивый трамплин при смете в 2 миллиарда рублей обошёлся уже в 75 миллиардов и ещё столько же просят, чтобы достроить. А вы хотите иметь авианосец по сметной цене? Да это будет такая дойная корова, что все нанотехнологии вместе побледнеют от зависти…».
А ведь мы ещё не касались машиностроения, оборонки, космоса, армии. Всюду – гомерическое воровство, стыдливо называемое коррупцией! Казалось бы, больше некуда разлагаться, но процесс идёт до полного завершения, когда от предмета остаётся одна зловонная жижа!
Сегодня пальцем никто не пошевелит без денег. Помнится, в прежние времена, при необходимости, запрашивали техническую информацию по всему Союзу, и никто не отказывал! Деградация началась с того, как за такого рода услугу стали требовать деньги.
Много признаков кончины великой страны, и право же, это – один из них.
Чужеземным умным словом «деградация» прикрывается дурно пахнущее явление разложения и гниения. Нос зажимают соседи, отворачиваются от того, что уже четверть века происходит на одной шестой части планеты, называемой некогда Россией и СССР, а ныне - бывшими республиками Советского Союза, СНГ и Российской Федерацией.
То-то «демократы» и либералы так возмущаются, когда им напоминают об ответственности за деградацию страны. Последний раз пришлось видеть на «Поединке» у Соловьёва, когда Никита Михалков показал клип, недвусмысленно намекающий на расплату. Гозман просто вышел из себя, видно, не ждал от своего, коим несомненно является Михалков, такой «подлянки».
А Никита, конечно, того же поля ягода, да с другого куста, не зря показал Гозману видеосюжет. Мол, смотри, что будет, если станете прекословить Путину, озабоченному пресловутыми консенсусами.
Но, может быть, и для него реакция Гозмана была неожиданной. Как же они боятся гражданской войны! «Знает кошка, чьё мясо съела!».
Вспомним демагогию, предшествовавшую катастрофе, развалу страны: поток слов, обещаний демократии, справедливости. Где они? «Большинство для них (либералов) всегда неправо», «Демократия – власть меньшинства» (Дугин на сборище у того же Соловьёва). В том ли справедливость, что малая часть энергичных, предприимчивых и бессовестных владеет львиной долей общенародной собственности?
Под прикрытием демагогии хозяева Гозмана хапнули по-крупному и расставаться с награбленным не собираются. Оттого и боятся гражданской войны, что это будет война всех против них, большинства против удивительно малого наглого меньшинства, обобравшего каждого.
Мы гражданской войны не боимся, потому как это не настоящая гражданская. Ибо настоящая бывает между классами, отстоявшимися в веках. А сами «демократы» говорят, что у нас классов нет. Стало быть, если и случится война, то между ограбленными и грабителями. Трудно ли предположить её финал? Не исключено - окончится, не начавшись! Оттого-то гозманы и паникуют. Провидят, что их будут просто сажать, рассаживать, как редиску, только не по грядкам, а по камерам!
* * *
И вновь из «Википедии». «Слово «деградация» заимствовано из польского языка (degradacia – от латинского degradation, «разжалование, постепенное понижение»).
Почему «из польского», если «от латинского», известно лишь «Википедии». Но, наверное, смысл есть, коль бардак начался с Польши, с польской «Солидарности»! Хотел сказать, «пся крев», да вдруг паны обидятся. Встречался я с ними на переговорах о передаче технологий наших боеприпасов – гонористые! Помнится, когда сдавал кандидатский минимум, в реферате показал на события в Польше как на реальную угрозу, как пример для контрреволюции у нас. Преподаватель из МВТУ, от греха подальше, заставила переписать реферат.
То было одно из первых свидетельств деградации нашего общества на моей памяти. Затем их стало больше и больше: «процесс пошёл», как со вкусом говаривал Горбачёв.
Из всех значений не более ли подходит нам перевод с латинского «разжалование»? В советское время нас всех можно было представить (вспомним Наполеона) солдатами, у каждого из коих в ранце маршальский жезл. Ныне же мы – рядовые необученные без шансов на повышение.
В конце года прошла по Интернету и успокоилась «буря в стакане воды», возмущение служак, и отставников и действующих, отказом Министерства обороны от сапог и портянок. О чём только ни страдал народ в пренебрежении традициями – о тупости генералов, не понимающих, что лучше солдатской амуниции, проверенной веками, не найти, наконец, о том, как бы не упала боеспособность российской армии.
Пустое! Недавно из того же Интернета довелось выудить, пожалуй, самую здравую мысль: причина портяночно-сапожной реформы сугубо тривиальна – не хватает кожи для сапог и ткани для портянок! А затем появится ещё одна «причина» - потеря технологии массового пошива армейских сапог. Кое-кто уже и сейчас без них страдает: на рынке прописалось объявление «куплю хромовые сапоги». Видно, они уже превращаются в раритет. Кирзачи ещё не проблема, а офицеры уже привыкли к ботиночкам с носочками. И это не одно ли из свидетельств, что они не собираются воевать?
Однако не хватит ли о портянках, которые у обывателей связаны с чем-то дурно пахнущим, а если кто-то поделится, что их трудно наматывать, идиосинкразия достигает апогея! Я всё к тому, что сегодня мы все, не исключая и больших начальников, попадаем в категорию «рядовых необученных». Чем дальше, тем больше: уже и портянки наматывать не умеем, а вот-вот сапоги шить разучимся.
Утеряны десятки и сотни тысяч технологий, и не только сапог и портянок. Оборонка в который раз переносит срок сдачи авианосца «Викрамадитья». Боюсь, его бы и в Николаеве достраивали так же трудно.
И это страшно для нас! Ужасно для государства, которому принадлежат такие просторы. Сохранять надо приобретённое предками. А как? Однако, деградация!
Капитал нынче спохватился, по ТВ нередки передачи, агитирующие за патриотизм. К примеру, 22 мая «Специальный корреспондент» разоблачал торговлю советскими орденами. Со мной мог бы и инфаркт приключиться, если бы не был готов к тому, что показали. Оказывается, советскими орденами торгуют военкоматы. Оказывается, ни к кому из торговцев на рынке Казанского вокзала на драной козе не подъедешь. Все они в своём праве!
Я ждал, к какому выводу придут дискутирующие у Мамонтова. Хотелось, чтобы решили: торговлю орденами запретить и считать её уголовным преступлением. Только так можно ликвидировать позорный промысел. Но всё закончилось призывами к совести без всяких оргвыводов.
На моей памяти уже был один подобный пример. Когда Стародубцев стал тульским губернатором, у нас стон шёл по всей области: провода электрических сетей в районах срезали подчистую. Помнится, большой начальник из Москвы, кажется, вице-премьер, отвечал на жалобу сельского совета: «Организуйте охрану (!)» Кому организовывать - детям, старикам, старухам? Не издевательство ли над здравым смыслом?
Стародубцев смотрел в корень и сразу запретил приём «скупками» изделий промышленного назначения. Через неделю из Москвы пришло распоряжение отменить решение губернатора как не соответствующее федеральной политике!
Кстати, и мы успели пострадать. Мой товарищ отштамповал несколько сотен алюминиевых заготовок по договору с уральским заводом, а наутро не нашёл их возле пресса. Далее - внимание! – он не пошёл в милицию, а отправился по всем ближайшим скупкам. Нашёл свои заготовки и выручил, заплатив за них из собственного кармана! Представьте, до какого уровня уже на тот момент дошла деградация! Но и это ещё не предел.
Не наступит ли он, когда мы станем приглашать лётчиками на гражданские самолёты иностранцев? А вдруг и это не предел? Ведь и для военных самолётов пилотов не хватает!
Мы уступаем одну позицию за другой, а порой сразу по десять, и ждём, что нас будут уважать и иностранцы, и свои, молодые?
Прежний мир рухнул, но мы не погибли вместе с ним – надо строить новый, лучше прежнего. Пока всё, что ни делается – к худшему. С горечью приходят на ум строчки из Лермонтова: «Мы долго молча отступали, досадно было, боя ждали, ворчали старики…». И ещё: «Не смеют что ли командиры чужие изорвать мундиры о русские штыки?..»
Тот же А. Фролов выступает с мнением обозревателя «Как разбудить Обломова?» и надеется на «хорошую политическую передрягу» («Советская Россия», N50-2013): «Проводимые КПРФ всероссийские акции протеста готовятся основательно – по всей стране распространяются десятки и сотни тысяч листовок-приглашений, спецвыпусков газет, работают агитаторы и т.д. Но результат этих усилий очень скромен. Остаётся предположить, что людей жареный петух ещё по-настоящему не клюнул, и хочется уповать на те времена, когда это действительно случится и люди, наконец, проснутся»!
«Петух» рыночной «демократии» не только клюнул, но и расклевал почище галльского петуха в 1812 году. Но где тот Кутузов, что не испугается нового Бородино? Победа рождается в сражениях, а за двадцать лет нельзя припомнить ни одного выигранного. Всякий раз, как кто-то справа или слева начинает изъявлять недовольство своим народом, думается - а народ ли в том виноват?
Может быть, за двадцать лет ни разу не сложились условия для взятия власти, но хоть однажды можно было упереться, собрать все силы, чтобы настоять на своём, победить хотя бы в одном отдельно взятом месте? Ни на ЦБК под Ленинградом, ни в забастовках и голодовках, ни в демонстрациях шахтёров у Дома Правительства не случилось побед.
И нынче поводов отличиться у оппозиции достаточно. Но в Ульяновске, несмотря на разгоревшиеся было протесты, утвердилась натовская перевалочная база. И на Хопре протест, похоже, спускается на тормозах. О чём речь, Александр Константинович? Народ ли плохой или вождям чего-то не хватает?
Хопёрская трагедия – не тот ли это случай, когда надо упереться? Система разоряет плодороднейший исконно русский край. И ради чего? Страна не в состоянии употребить для своих нужд даже тот никель, что добывает. Львиная доля его продаётся за рубеж. Прихопёрье идёт на распыл для того, чтобы набить карманы олигархов.
Или в Советском Союзе не знали, что здесь лежит никель? Берегли на чёрный день. Нынче стратегический запас пойдёт на потребу международному капиталу.
Не встали на ульяновском, на сталинградском рубеже, отчего бы не упереться на хопёрском? Читаем очередную публикацию на тему в «Советской России» (А.Калуцкий, «Президент не заметил экологов с Хопра»). И что же? К ней отзыв на сайте газеты: «…и отчего местное отделение КПРФ тоже митинг протеста не организовало?» (Maska, «Советская Россия», N55 от 25.05.13).
И впрямь - отчего? Судя по сводкам с хопёрского фронта, народ рвётся в бой! И как не поддержать его и не возглавить протестный процесс? Если представить его зеркалом того, над чем трудится оппозиция, извините, Александр Константинович, но… «неча на зеркало пенять, коли рожа крива». Нет вины народа в том, что он плохо отзывается на ваши призывы. К тому ли вы призываете? А может, мало одних призывов, надо бы и примеры самоотверженности, твёрдости и упорства в достижении цели?!
Ведь даже призыв Чубайса «больше наглости» нашёл ответ среди его подельников, поскольку сам он подавал пример. Уж в наглости Чубайсу не отказать!
Призовите к чему-то существенному и сами первыми выполните - увидите, как народ на это отзовётся. Он давно этого ждёт!
Как воздух нужна хоть маленькая, но победа! Иначе призывы превращаются в пустословие. А люди не пойдут за болтунами.
Лично я, человек с коммунистическими взглядами, перестал ходить на митинги, организуемые местными коммунистами, после одного знакового случая. Мы собрались на площади перед «Белым Домом», милиции – едва ли не больше, чем нас. Главным от митингующих был Афонин. После разговора с полковником он предложил нам переместиться в неудобное место, к Детскому универмагу. Все послушно потянулись тесниться там, где никогда, ни до, ни после, не случались митинги. Тульскому народу указали на его место, а наш вождь согласился! Больше я туда не хаживал и, думаю, не я один. Чему удивляетесь, Александр Константинович? Вряд ли народ не достоин вождей, это они его не достойны!
Это им надо бы подумать, достойны ли они его, многострадального! Наш народ никогда не подводил своих вождей, если они отвечали определению. Шли и за Пожарским с Мининым, и за Петром, и за Суворовым, и за Кутузовым, и за Скобелевым, и за Сталиным. За красными героями неспроста шли – они отвечали русским понятиям о героизме. Чтобы побеждать, российская оппозиция должна озаботиться тем, чтобы её вожди были героями! Героями были Ленин и Сталин, и они не предъявляли претензий к народу…
«Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не бывать» (Киплинг). Впрочем, не исключено и сойдутся, если там у них произойдёт революция. А ведь и это возможно! И почему же современные политологи и политтехнологи, что морочат мозги народу, напрочь исключают из будущего революцию? Не оттого ли, что трепещут перед ней?
Мир лишь тогда неколебим, когда покоится на одном основании. «Демократы» кто в лес, кто по дрова. Ельцин вообще прописал, чтобы все брали суверенитета, кто сколько сможет! Кто-то и подавился им, а другие до сих пор кашляют и о нём мечтают.
Мечтать не вредно, но на территории России не может быть других суверенитетов, кроме российского. Все иные – от лукавого! Стоило бы им подняться над земным шаром и посмотреть, много ли их «суверенитет» занимает места под солнцем? В мире не может быть независимых ни от кого, мы все – зависимые, и главное, зависеть по душе. А лучше всего, чтобы те, от кого ты зависишь, в свою очередь зависели от тебя! Лучше всего – взаимозависимость! Примерно как у нас в советское время. Или казахи, киргизы выиграли бы ВОВ, или грузины? А ведь и они пахали: панфиловская дивизия прославилась под Москвой, а Кантария вместе с Егоровым водружал Знамя Победы над рейхстагом!
Не ясно ли, что победили советские люди, мы все тогда были советскими, и разве об этом не стоит помнить и мечтать?
* * *
Наконец-то, спустя двадцать лет после нашей катастрофы, хотя бы на словах объявилось стремление противодействовать деградации. Но много ли оно значит без решительных шагов по искоренению скверны? Верить ли в благие намерения тех, кто не желает рвать с одиозными соратниками, Горбачёвым, Ельциным, Егором Гайдаром, Чубайсом, Кохом, Сердюковым и иже с ними? Ответ однозначный.
Говорят, из российских политиков раньше всех и лучше всех схватывает ситуацию Жириновский. Посмотрите, как он разделался с Райхельгаузом на «Поединке» у Соловьёва 30 мая, и сделайте выводы.
Уже не модно защищать Горбачёва и Ельцина, не принято плевать на Сталина и СССР. Лидер ЛДПР из кожи вон лезет, чтобы доказать, будто не имеет отношения к гибели советского государства. Не вспомнить ли народную примету о том, кто первым бежит с тонущего корабля? Однако же – и это признак!
Либералы поумней уже мимикрируют, хамелеоны торопятся приспособиться к меняющимся обстоятельствам. Конечно, никто из них не полюбил Сталина, тем более никто не желает возвращения Советов. Но… ломается, непреклонно меняется историческая парадигма, и с нею не Жириновскому бороться!
Судя по всему, он готов совершить очередной кульбит в надежде удержаться в политическом поле. Как ни странно, я желаю ему успеха, ибо лучшей лакмусовой бумажки поискать. Владимир Вольфович – тот ещё флюгер, посмотрите, куда он повернулся, и будете знать акцент современной политики! Я откровенно рад сегодняшнему акценту!
Даже если он фальшивый, придуманный в Администрации, польза от него очевидна. Если начали переоценивать Сталина, воздавать ему должное, процесс не остановить. Он станет неуправляемым – народ давно ждёт воздаяния своему вождю!
Да воздастся ему, но и воздастся фарисеям! Сталина невозможно вернуть по частям: вот эту частичку возвращаем, а другие – нет. Сегодня демократы пытаются вернуть ту часть Сталина, что им импонирует. Но вождь не делится на части. Или всё, или – ничего! Слава богу, что они начали этот процесс, который не может закончиться ничем иным, кроме торжества сталинизма!
На сегодня Россия полна Сталиным, как переполненная бочка. Спросите на выбор любого – никто Сталина не охает. Мнения могут быть разными, но люди не отказываются от вождя. И это спустя 60 лет после кончины. Выводы отстоялись и состоялись! Народ решил, что Сталин – его слава, его вождь, его величие, его история!
Народ хочет покончить с деградацией, а можно ли это сделать без Сталина?
Ю.М. Шабалин
P.S. Однако не только жириновский флюгер повернулся, не один его барометр указывает на приближение бури. Не складывается ли, наконец, общественное мнение?
Сатирик Задорнов переметнулся в «Советскую Россию», сатирик Инин высказывается о современной РФ так, что мне впору завидовать: «Сейчас время бессовестности и бесстыдства!» («Мир новостей», N22 от 21 мая 2013 года).
И далее: «Мы смеялись, когда коммунисты говорили: капитализм – это неуверенность в завтрашнем дне… Коммунисты нам говорили: при капитализме всё решает золотой телец, денежный мешок. Мы смеялись. Сегодня же видим: так и есть, у всех в глазах – доллары. Коммунисты говорили: человек человеку волк в капиталистическом обществе. Мы смеялись… Сегодня же видим, что действительно люди жрут друг друга, а весь этот бизнес, как банка с пауками. Так что получается, увы, коммунисты были правы».
Циркач Запашный по своему поводу, о кампании, организованной против отечественных дрессировщиков, вспоминает, что погублены авиапром, автопром и ещё бог знает что, а на очереди цирковое искусство дрессуры, в котором Россия, как и в балете, впереди планеты всей!
Явно собирается мнение против Горбачёва, с которым власть готова расстаться без сожаления: «мавр сделал своё дело – мавр может уйти»! Такова судьба всех ренегатов. Или хоть кто-нибудь вспомнил добром ветхозаветного Иуду?
Все годы безвременья мы ждали этого поворота. Даст Бог, он не закончится на Горбачёве, а продолжится Ельциным, Гайдаром, Чубайсом… Список врагов народа кой-кому уже жжёт руки!
Но раньше отмщения надо заботиться о созидании. Потеряно столько, что, казалось бы, за вечность не догонишь. Во многом, если не во всём, мы отстали на эпоху!
Одно успокаивает: нам не впервые догонять, русский гений ещё покажет, на что способен!
Вообще идея избавиться от русских, поскольку они для Запада неудобны, дохлая. Избавиться от нас, значит выкинуть один из самых главных генов человечества. Кто знает, чего не будет без нас? А вдруг человечество и до звёзд не долетит? Ведь это Гагарин, а не Армстронг оказался первым в космосе!
P.P.S. В безобидном и совершенно аполитичном концерте, транслируемом Первым каналом и посвящённом 90-летию ЦСКА, неожиданно прозвучала песня о Красной Армии. Я вздрогнул, когда в финале услышал: «Ведь от тайги до британских морей Красная Армия всех сильней»! Камера выхватила лица высоких гостей, Иванова и Шойгу. Показалось ли мне, что они оторопели? А ведь как звучало! Грозно и убедительно!
Чем чёрт не шутит, подумалось мне, а вдруг и впрямь пошёл процесс вразрез горбачёвскому. Вопреки всему, но как хотелось бы верить!
Говорят, марш является неофициальным гимном болельщиков ЦСКА, на концерте объявлено уже, что это гимн клуба. А в комментариях к песне в Интернете сообщают, будто она часто исполняется военными оркестрами на специальных праздниках. Но с экрана ТВ прозвучала не впервые ли за десятки лет? «Лёд тронулся, господа присяжные заседатели»?

ЭТО МОЕ ГОСУДАРСТВО!

(Продолжение. Начало в NN25, 29, 32, 33, 38, 40, 41)
«Мы никогда так хорошо не жили…»
«Мы никогда так хорошо не жили, как до войны», - эту фразу слышал и читал еще и в 70-х. Но вот когда я попытался узнать у отца хотя бы материальную основу этого утверждения, то уперся в давность событий и в его неважную память, вызванную, как я полагаю, тяжелым ранением отца в голову, полученным при обороне Одессы. Вспоминается разговор:
- А сколько стоили до войны продукты?
- Дешево... Пойдешь на базар с 15 рублями – полную сумку принесешь и мяса, и овощей.
- А получал ты сколько?
- ...Наверное, рублей 700.
- А, скажем, костюм сколько стоил?
- Рублей 200-300.
- Значит, ты мог каждый месяц покупать по костюму?
- ...Получается - мог.
- А сколько у тебя их было?
- Один.
- Так на что ты деньги тратил?
- ...Наверное, проедали...
На самом деле не только проедали. Отец с мамой, еще и без детей, уже имели квартиру в заводском доме, потом разрушенном немцами при бомбежке завода. Отец до войны увлекался фотографией, да и насчет костюма он, наверное, имел в виду только, так сказать, парадный костюм, под галстук, в котором он и запечатлен на им же сделанном большом довоенном фото.
А вот Скотт в этом смысле молодец. Он многое записал о том времени, чтобы можно было оценить, хотя бы принципиально, материальную сторону жизни. Мне остается только процитировать.
«После визита Орджоникидзе в Магнитогорск в 1933 году администрация комбината и местные политические руководители начали уделять серьезное внимание вопросам, связанным с потребительскими товарами. Под Магнитогорском были организованы специальные государственные сельские хозяйства (совхозы), чтобы снабжать город картофелем, молоком, капустой и мясом.
К 1936 году продовольственный вопрос был решен. Иными словами, еды было достаточно, чтобы накормить всех. Однако все еще оставалась проблема распределения и доставки продуктов.
Постепенно была организована сеть магазинов и продукты стали доставлять на грузовиках, так что стало возможным купить запас продуктов на день, не выстаивая часами в очереди, и не надо было больше никому платить, чтобы кто-то стоял в очереди за тебя. С 1935 по 1937 год в Магнитогорске было пять образцовых гастрономов — продуктовых магазинов, которые были чистыми, хорошо организованными и имеющими достаточно большой выбор товаров, хотя цены в Магнитогорске были значительно выше, чем в магазинах Америки.
Следующая таблица может дать представление о ценах на продукты в Магнитогорске зимой 1937/38 года. Цены даны в рублях и копейках. (Один доллар равняется пяти рублям и двадцати шести копейкам по номинальному обменному курсу. В то время средняя зарплата рабочих в Магнитогорске составляла немногим более трехсот рублей в месяц.)
Молоко — 2 руб. за литр (кварту). Небольшие сезонные колебания цены.
Мясо — от 3 руб. 50 коп. до 10 руб. за 1 кг в магазинах. От 5 до 20 руб. за 1 кг на базаре.
Яйца — 1 руб. за 1 штуку.
Масло — от 14 до 20 руб. за 1 кг.
Колбаса — от 7 до 20 руб. за 1 кг.
Мука — от 2 до 5 руб. за 1 кг.
Рис —5 руб. 50 коп. за 1 кг.
Другие крупы — от 3 до 5 руб. за 1 кг.
Яблоки —3 руб. 50 коп. за 1 кг.
Картофель —50 коп. за 1 кг.
Капуста — 75 коп. за 1 кг.
Репа, морковь и свекла — часто можно достать за ту же цену, что и капусту.
Сигареты — от 1 до 5 руб. за пачку (в пачке 25 штук сигарет).
Водка — 12 руб. за литр.
Различные сорта вин, включая шампанское, — от 6 до 20 руб. за бутылку емкостью в 1 пинту.
В 1937 году различными снабженческими организациями Магнитогорска было продано продуктов питания и одежды на сумму 212 миллионов 500 тысяч рублей. Однако это соответствовало только 80 процентам плана. План был не выполнен отнюдь не потому, что не хватало покупателей, а потому, что не хватало товаров для продажи».
Небольшой комментарий. Надо учесть, что тогда еще не пришло время электрических холодильников, скоропортящиеся продукты нельзя было покупать в больших количествах. У меня в памяти о временах 50-х годов осталось стояние в магазинных очередях с бидончиком за молоком и полулитровой банкой за 200-300 граммами сливочного масла. И покупал я 200 граммов масла не потому, что больше не отпускали, а потому, что оно быстро портилось (хотя масло и хранили в стеклянной банке залитое холодной подсоленной водой). С молоком было проще – его сквашивали, порой мама отжимала творог, но мы и так любили кислое молоко.
Еще отмечу, что и в мое время Урал был зоной дорогих продуктов, в 1972 году я удивлялся, что там даже государственные цены на продукты дороже общесоюзных (и украинских) процентов на десять.
Поэтому если прикинуть, что я на месте отца мог бы купить в то время на базаре за 15 рублей, то это с килограмм мяса на кости (кость для борща), возможно, пару килограммов муки для блинов и вареников, вилок капусты килограмма на три, килограмма 4 картофеля, килограмм яблок. Это и будет примерно 15 рублей и 11 килограммов веса.
Продолжу цитировать Скотта из его донесений в Госдеп, в котором он цены несколько уточнил:
«Качество промышленных товаров (например, обуви, костюмов и тканей) было, как правило, низким, хотя некоторые вещи, например новые коротковолновые радиоприемники, были сравнительно высокого качества.
Цены на промышленные товары были ужасающе высоки. Хорошая пара обуви в 1936 году стоила двадцать рублей, а в 1938-м — триста рублей. Хорошие шерстяные костюмы достать было практически невозможно, а если они и появлялись в магазине и кому-то везло настолько, что удавалось купить один костюм, то за него надо было заплатить от пятисот до тысячи пятисот рублей (ежемесячная зарплата квалифицированного рабочего).
В 1937 и 1938 годах появилось много новых промышленных товаров, например пылесосы, взбивалки для яиц и тому подобные предметы; очереди за обувью, хлопчатобумажными и шерстяными тканями стали короче, магазины — чище, а обслуживание улучшилось.
В Свердловске, Челябинске и Магнитогорске в продаже было масло, но его продавали с ограничениями. Нельзя было купить его столько, сколько захочется. Иногда продавали масло высшего качества по 15 руб. 50 коп. или 13 руб. 50 коп. за килограмм. Однако большая часть масла была низкого качества — от 5 до 8 рублей за килограмм.
Крупы, мука и другие продукты были в довольно большом выборе. Молоко можно было купить ежедневно и в магазинах, и у частных торговцев на улице. Магазинная цена составляла 1 руб. 50 коп. за литр, частники продают его по цене от 1 руб. 80 коп. до 2 рублей за один литр.
Одежды было гораздо больше, чем год назад, и выбор был обычно лучше, чем в Москве, особенно это касается мужской, женской и детской обуви. Цены держались в пределах от 20 рублей за обувь для самых маленьких, мужскую и женскую матерчатую обувь и обувь на резиновой подошве до 200 рублей за самые лучшие женские вечерние туфли. Сравнительно хорошие мужские кожаные ботинки можно было купить за 150 рублей. Рабочий может за 60 рублей приобрести кожаные ботинки на резиновой подошве не самого лучшего качества.
Полушерстяные женские и мужские пальто продавались по цене около 400 рублей, что значительно превышает среднюю ежемесячную заработную плату на промышленных предприятиях. Что касается текстильных изделий, то я обнаружил, что Магнитогорск в этом отношении снабжается хуже, чем Свердловск и Челябинск. Однако во всех трех городах очень трудно приобрести костюмы, а штучные товары и ткани в кусках практически невозможно купить.
В этой связи хочу сказать, что в Челябинске я видел, как человек пятьдесят стояли в очереди за шерстяной материей, а другая очередь приблизительно такой же длины выстроилась в этом же магазине за мужскими нижними рубашками. Я также видел в Свердловске женщин, стоявших в длинной очереди за чулками».
Прерву Скотта. При таком обилии денег на руках строителей Магнитки наличие большого количества товаров в магазинах было бы неправильным, это сильно бы раздражало трудящихся. Ведь Скотт не объясняет, кто именно стоял в очередях, когда все нормальные люди были на заводах. Скотт не пишет, что дефицитные товары и тогда покупали чаще всего спекулянты, и жалобы на это шли и шли в партийные органы. Машковцев в этом плане более откровенен, он пишет, что «прямо на участки стройки привозили кожаные куртки, костюмы, сапоги, плащи, отрезы сатина, ватные одеяла — для вручения победителям соревнования. Агитационный язык иногда упрощал соревнование. Выходил прораб перед бригадами и кричал: «Победившей бригаде будут вручены три кожаные куртки, четыре пары сапог, два одеяла и полмешка крупчатки на оладьи!». Примерно такое же соревнование было и у спецпереселенцев».
Скотт продолжает:
«Что касается электротоваров, инструментов и тому подобных вещей, то уверен, что уральские города снабжаются лучше, чем Москва. Здесь есть в продаже советские пишущие машинки за 9500 (видимо, переводчики поставили лишний ноль. - Ю.М.) рублей, электропылесосы за 400 рублей и различные домашние электроприборы по ценам, вполне доступным высокооплачиваемым рабочим и техникам. Имеется также большой выбор кухонной посуды и фарфора по довольно-таки приемлемым ценам.
Здесь легче найти и снять комнату, чем в Москве, причем плата за нее будет несколько ниже. Зарплата приблизительно такая же, как и в Москве.
Во время своего путешествия я пришел к выводу, что уровень жизни населения постепенно повышается и что среднему, хорошо оплачиваемому рабочему становятся доступными многие материальные блага, а я считаю, что именно в этом средний советский гражданин заинтересован больше, чём в чем-либо еще.
Ни разу за время путешествия я не видел никаких признаков голода или нехватки продовольствия. Во всех поездах, на всех железнодорожных вокзалах и станциях есть буфеты, где можно купить булочки, хлеб, колбасу, сыр, а иногда масло. Цены на некоторые продукты ниже, чем в Москве. Например, апельсины стоят 1 рубль 25 коп., а сыр — 12 рублей килограмм».
Ну что же, очередями нас не удивишь и сегодня, но интересны нравы того времени, уже ранее отмеченные Скоттом:
«Едва мы купили сигареты, как начался шум и гвалт в очереди за хлебом. В магазин вошел комсомольский работник и встал впереди всех, чтобы купить хлеб без очереди. Привычные ко всему русские домохозяйки восприняли это как должное — но не финны. Они подхватили молодого большевика под руки и спокойно вынесли из очереди. Служащий магазина, пряча веселую улыбку, стал кричать, призывая к порядку. Комсомольский деятель был в ярости. Он вернулся обратно и снова пошел в начало очереди. Наконец один из финнов открыл рот и пророкотал по-русски с сильным акцентом: «Мы стоим в очереди — ты стоишь в очереди». После этих слов три или четыре огромных финна осторожно и мягко подхватили его, вынесли из магазина и только там поставили на землю. Большинство домохозяек пришло в восторг. Комсомольский работник больше не пытался получить хлеб, и мы видели, как он, ругаясь, уходил по улице от магазина».
Отметим и цены на самолет (тогда – четырехместный): «Я разыграл роль важного иностранного специалиста, притворился, что не говорю по-русски, и, наконец, отошел, получив билет на Магнитогорск через Челябинск с двухдневной остановкой в этом городе, причем все это стоило ровно столько же, сколько билет на обычный рейс Свердловск — Магнитогорск (сто двадцать рублей, насколько я сейчас помню)».
Отдадим Скотту должное, пересекая границу, он, возможно, невольно начинал задумываться не только о деньгах и репрессиях в СССР.
«В Советском Союзе экономика была дефицитной, а страны капитала боролись с избыточной экономикой. Я уже знал об этом, однако всё значение этой фразы смог полностью осознать, только выйдя из здания вокзала Гар дю Нор в Париже, после того как провел в Советском Союзе пять лет.
Я зашел в ресторан и заказал себе лучший шатобриан, какой только у них имелся. Пока я его ел, двое крепких, здоровых французских рабочих, по всей вероятности безработные, вошли туда просить милостыню. Во всей России вам было бы не найти куска мяса, так хорошо приготовленного и поданного, как тот шатобриан, который я ел, но вы могли проехать весь Советский Союз из конца в конец и не нашли бы двух здоровых и крепких, горящих желанием работать мужчин, которые не могли бы найти себе работу. С другой стороны, эти двое французов — chomeurs (безработные) — были одеты лучше, чем большинство русских квалифицированных рабочих.
Уровень жизни во Франции и, особенно, в Соединенных Штатах несравненно выше, чем в Советском Союзе, и это бросалось в глаза на каждом шагу во время той поездки в 1937 году. …У французских рабочих обеды были гораздо лучше; у них имелись велосипеды и обычно две-три комнаты на одну семью. Русские семьи, как правило, жили в одной комнате, велосипеды считались роскошью так же, как и хорошие кожаные ботинки и шерстяная одежда.
Бросалось в глаза и еще одно различие. В России за те пять лет, которые я там провел, материальные условия улучшились, по крайней мере, на сто процентов. Во Франции они остались такими же, возможно даже ухудшились. В Америке, вероятно, слегка улучшились, хотя я сомневаюсь, чтобы они изменились намного. Может быть, у русского рабочего было всего не так уж много, но он чувствовал, что в следующем году получит больше. Его дети учились в школе и были уверены, что потом им будет предоставлена работа. Русский рабочий был обеспечен на тот случай, если он заболеет, точно так же, как и его дети. Безработица уже была забыта. Таким образом, он был, в сущности, настроен бодро и оптимистично, хотя его и беспокоили насущные проблемы, которых не было у большинства трудящихся других стран.
Я обнаружил, что мои старые друзья в Америке обеспокоены безработицей, ростом налогов, возросшей платой за медицинское и стоматологическое обслуживание, они беспокоились о том, как дать своим детям возможность закончить колледж, и, вероятно, больше всего их беспокоили общая тенденция развития американского общества и надежность социологических и экономических принципов, на которых оно было основано».
Надо несколько отвлечься на сравнение зарплат, поскольку Скотт их сравнивает только за пятилетний период, а нелишне их сравнить со временами царской России, когда ни о чём бесплатном и речи не шло. В 1913 году в металлургическом цехе только три сменных старших мастера получали по 10 рублей за 12-часовую смену (200 рублей в месяц), а средний рабочий-металлург за такую же смену получал всего 1 руб. 68 коп, то есть, примерно, 33 рубля 60 копеек в месяц. А ведь от 1913 года прошло едва 25 лет с годами тяжелейших разорений.
И наконец, впечатления Скотта от собственной жизни:
«Маша закончила институт через несколько месяцев после рождения Элки и начала работать преподавательницей математики в средней школе, только организованной в особом районе города, где жили раскулаченные элементы. У нее было в среднем пять часов занятий в день, и она получала около пятисот рублей ежемесячно; столько же получал и я.
…Мы жили счастливо. У нас было столько денег, сколько было нужно, и мы обычно тратили меньше, чем зарабатывали. Наше домашнее хозяйство было хорошо организовано, так как материальное снабжение города в целом улучшилось. Маленькая Элка понемногу взрослела, у нее появился свой характер, и мы с Машей были влюблены в нее по уши. К тому времени, как родилась ее сестренка, я уже понял, что и она, и Маша, и Элка стали самой важной заботой в моей жизни».
У советских людей, к сожалению, были и другие заботы – война наваливалась на наши границы, и защита государства была самой важной заботой, в первую очередь это и была забота и о своих женах и детях.
Ю.И. МУХИН
(Окончание следует)

Мои твиты

Collapse )